( Сказка для мальчика Леши, который искал старые слова с новыми значениями.)

В чистом поле под высокой желтой копной соломы жила-была маленькая серая мышка. Жила-поживала, хлопот не знала. Летом грелась на солнышке и гуляла себе на просторах с подружками, поздней осенью и зимой пряталась от дождей и стужи глубоко в копне. Там у нее была и спальня, и столовая. Запасов зерна в необмолоченных колосках хватало и ей, и соседям.
Шли годы, мышка старилась, подрастали ее детки, заканчивались запасы зерна, с каждым годом зимовать длиннохвостой становилось все труднее.
Однажды весной проснулась мышка, выглянула из своего старого развалившегося дома – и не узнала поля. Вся округа заросла молодыми березками. Протягивают руки-ветви к солнышку, одеваются в зеленые платьица, а на мышку внимания не обращают. Ни тракторов, ни машин - кругом березки да сосенки. Перестали колхозники поле пахать, рожь сеять. Заплакала мышка, да делать нечего. Вырыла себе норку под сосенкой и стала жить. Все лето грызла корешки, тем и жила.
Пришла осень. Вокруг березок да сосенок выросли в поле грибы – подберезовики да маслята. И однажды мышку разбудили громкие голоса грибников. Выскочила мышка из норки – да тут и попала под ноги мальчику Алеше. И до того напугалась, что со страху окаменела.
Смотрит Леша – лежит посреди полянки какой-то серый предмет.
- Папа, папа! Посмотри, что я нашёл! – закричал Алеша.
- Странно, кто-то в поле мышку компьютерную обронил, - удивился папа, разглядывая находку. – Давай отвезем ее бабушке, она давно мечтает о такой…
Так началась у мышки-норушки новая жизнь.

За окном белесым вата -
Липкий снег, как год назад.
Я ни в чем не виновата,
Ты ни в чем не виноват.

Небо чашею бездонной
Опустилось на кусты.
Ночи длинны и бессонны,
Дни и тусклы, и пусты.

И в четыре пополудни
Скорбно замерли мосты.
Превратили праздник в будни,
Не заметив, я и ты.

Небо темнеет и тучи все ниже,
Значит ли это, что осень все ближе?
Ветер гуляет по сжатому полю,
Рад он, что вырвался снова на волю.

Фото с неудавшейся прогулки.

Мне бывало по-разному: грустно, тепло, одиноко,
Нарядившись в улыбку, спешила на праздник друзей,
Провожала весну или осень встречала до срока,
Наблюдая вдали улетающий клин журавлей.
По ночам, удивляясь, читала, а встав спозаранку,
Выпивала коктейль, намешав то ли явь, то ли сны.
Торопливо писала дневник, где себя - наизнанку,
На других же смотрела всегда с лицевой стороны.
Мне казалось, так будет всегда, и у всех - все в порядке.
Как наивно звучит! Как смешно... Любованье - не бой!
Карнавал. Маскарад. Перемена обличий на Святках.
И выходит, что просто играла я в прятки с собой.
Кукловода не выдам толпе - даже и не пытайте.
Замолчу. Не найдете в округе наивней слепца.
Или буду просить: мне на милость...костюмчик подайте,
Чтоб, искусно прикрывшись, сыграть свою роль до конца!

Есть разные в жизни событья и даты -
Есть время рассвета и время заката,
Есть время надежд и минуты сомнений.
Есть тысячи взлетов, секунды – падений.

И все происходит однажды впервые:
И первые звуки, и буквы кривые,
Цветение первое ранней весною,
И первое поле с зеленой травою.

Не узкою тропкой – широкой дорогой
Раскинется жизнь от родного порога.
Находки, потери, победы, сраженья
И только движение – без пораженья!

Все больше желаний, все шире пространство,
Но не бесконечен успех постоянства.
Любовь и признанье, блаженство и нежность
Сменяет однажды потерь неизбежность.

И счастье из рук вырывается птицей,
Тревоги, волнения, ночью не спится.
Уныние, скорбь, бесконечная рана,
Печальны рассветы, закаты багряны.

Судьба ли злодейка, угодно ли Богу,
Блаженства и горя отпущено много.
Но все подчиняют законы природы:
От боли спасают и опыт, и годы…

И жизнь принимает иное обличье,
Когда понимаешь простое величье
Безбрежного неба, цветущего сада,
И нет расставаний, и близкие – рядом...

Люблю весну за обретенье
Восторга, радости и света,
За буйное ее цветенье,
За ожиданье птиц и лета.

Люблю весну за узнаванье
Того, что заново родится,
За слов простое врачеванье,
Когда ночами плохо спится.

Люблю за то, что вызов брошен,
Что все вокруг пришло в движенье,
Что календарь зимы изношен
И каждый новый день - рожденье!

Умчалась ночь, и снова солнце светит,
И воздух сух, и не идут дожди...
Как здорово, мой друг, что есть на свете
И ты, и я, и это слово - жди.

Хочу подпеть, но ты не запеваешь,
Все чаще повторяешь слово "был"...
Я помню всё, что ты не забываешь,
И дорого мне всё, что ты любил.

Пускай струна натянута до боли,
Щемит порою так, что не вздохнешь...
И чудится порою: в дальнем поле
Ты мне навстречу медленно идешь.

Махну рукой, но не дождусь ответа,
Пытаюсь звать - а не хватает слов...
Слагаю песню посредине лета
Из маленьких осколков бывших снов.

Вечером 9 Мая, когда мы вернулись с праздника, мама долго вспоминала о том, как они жили во время войны.Всегда поражаюсь ее памяти - ведь ей 84 года!Специально задавала ей много вопросов, и она отвечала на все.Это она встретила своего одноклассника Володю.

Мама вспоминает:

* Помню, как провожали на войну из нашей деревни.Им давали лошадь до райцентра.Все жители деревни шли за этой лошадью вместе с призывниками до конца соседней деревни Замятино.Пели песни иногда, даже плясали...Первым провожали Феклининого Колю.Его одного почему-то провожали.У него было пятеро детей.Я даже несла на руках младшую - Изку.Еще были Полька, Санька, Клавдя и парень один.Жена Таисья была еще молодая, но выглядела, как все, старо, по-бабьи.Потому что одевались тогда плохо, носить нечего было, почти все женщины выглядели одинаково: широкая юбка в сборку, кофта ситцевая, на голове платок.Летом босые ходили.И по лесу тоже босые.К концу лета ступни так задубеют, что никакой сучок не проткнет.
* Жили Феклинины всегда плохо.Сама Феклинья умерла в начале войны, вот после этого Колю и призвали.Еще до войны Феклинья с Игнатием Ивановичем поехали в Москву за покупками.В деревне ничего не было. Там она напилась холодного морса.Приехала и все болела.Так и умерла.Ее дети жили хуже всех в деревне.Но всегда все пели, любили петь.Крестная Анна прожила у нас в няньках 39 лет.
* Многие не вернулись с войны.Но были и такие, кто вернулся. Иван Арсентьевич вернулся, Тимофей Иванович.А Тимофей Иванович даже богатым вернулся - он был в Германии.Привез много товаров, материалу разного.Сестра Руда дружила с его дочерью, ей дали шелку на платье и и на сарафан.И еще он привез чемодан денег.Ночью нянька подсмотрела - сидят на печке, перекладывают и считают.Только куда потом дели - не знаю.Может, реформа была.
* А Иван Арсентьевич еще до войны сидел в тюрьме.Троих за лен посадили.Не выполнили план по сдаче льна государству, и посадили троих - еще Федора Федоровича и Абросима Шиляевского(Шиляево - деревня).Но их отпустили в начале войны и отправили на фронт.
* А Федор Федорович оставил жену Аграфену с тремя детьми и ушел жить к Марфе.Все Аграфену жалели.А он с Марфой уехал на лесоучасток.Там сломал пилу, и его снова посадили...

Это можно слушать бесконечно.Конечно, я не знала никогда большинство из тех людей, что помнит она, но так интересно слушать ее воспоминания о той их жизни, в которой все про всех знали, помогали друг другу, сочувствовали и помнили и помнят всю жизнь...

Никто не контролировал в детстве мое домашнее чтение. Потому, начиная с пяти лет, книги читались все подряд. У некоторых, правда, запоминались только названия - содержание не давалось. К примеру, "Гаргантюа и Пантаргрюэль", "Багратион", "Декамерон"...Но "Войну и мир" мне почитать очень хотелось! Не "прочесть" - куда там! А почитать... В восемь лет - это я точно помню - не выдержала, спряталась в угол за фикус и стала читать. Меня не интересовали войны и французы, Кутузов и Наполеон, я искала в книге главы о Наташе Ростовой. Только о ней. Эти страницы я отлично понимала и запоминала. Вместе с ней мучалась перед выбором, легко влюблялась и в Бориса, и в князя Андрея, и в Анатоля...Для меня это был роман о любви.( ЧИТАТЬ )

Ветер грустно выводит ноту,
Чистый лист дрожит на столе.
Ночью души готовы к полету -
Не держите их на земле.

Тонким звуком и теплым словом
Растопить готовые лед,
Рвутся души снова и снова
В бесконечный ночной полет.

Отпустите пленниц исполнить
Дивный вальс на звездном холсте,
Чтоб единственным смыслом наполнить
Тайну строк на белом листе.